Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

"Смена эпох" ради торжества консерватизма. ИПЦ Греции и России переживают переходный период, связанный со сменой первоиерархов


Термин "Истинное православие" появился в конце 1920-х годов сразу и в России, и в Греции. В России истинно-православными стали называть себя те, кто не признал просоветскую церковную политику митрополита Сергия (Страгородского), будущего первого Патриарха РПЦ МП (к концу 1930-х годов, практически, все они, потеряв возможность легального существования, составили Катакомбную Церковь), а в Греции — так называемые старостильники, то есть те, кто не признал модернистко-экуменические реформы, которые тогда начали проводить в сфере влияния Константинополя, и самой заметной из которых стал перевод церковного календаря на "новый стиль", чтобы праздновать православные праздники в один день с католиками и протестантами.

При святом Первоиерархе Русской Православной Церкви За границей (РПЦЗ), Митрополите Филарете (Вознесенском), вместе с российской Катакомбной Церковью и греческими старостильниками, истинно-православной стала себя позиционировать РПЦЗ, прервавшая в те годы официальное общение с "мировым православием". Только вследствие нынешних переговоров о присоединении к РПЦ МП та часть РПЦЗ, которая возглавляется Митрополитом Лавром (РПЦЗ(Л)), официально разорвала свои связи с Истинным православием.

Таким образом, в настоящее время к Истинному православию принадлежат, с формальной точки зрения, такие церковные организации, которые ведут свою преемственность от одного или сразу нескольких из трех источников: либо от греческих старостильников, либо от РПЦЗ, либо от российской Катакомбной Церкви.

Старообрядческие церковные организации стоят особняком и от "Истинного православия" (понимаемого в значении, обозначенном выше и связанным как правило с самоназванием Церквей), и от "православия мирового", так как они практически никак себя не позиционировали в церковных конфликтах ХХ века.

***

В истории Истинного православия 2005 год оказался отмечен крупными событиями как символического, так и практического характера.

Среди событий символических — кончина двух архиереев, означающая окончательный уход в прошлое героической эпохи становления Истинно-Православной Церкви Греции и Кипра. Один из этих архиереев — Архиепископ бывший Афинский Андрей, пребывавший на покое глава "Матфеевского" синода, рукоположенный еще в 1948 году непосредственно святым епископом Матфеем Вресфенским, одним из основателей старостильнического движения.

Так как Архиепископ Андрей уже не участвовал в делах церковного управления, то его смерть не могла повлиять на церковно-политические дела. Этого нельзя сказать о кончине второго архиерея — Епифания, митрополита Китийского, главы Истинно-православной Церкви Кипра. До последних дней он не только возглавлял свою Церковь, но и оставался, пожалуй, самым авторитетным архиереем всего Истинного православия, особенно много сделавшим для единства истинно-православных.

В настоящее время в Истинно-православной Церкви Кипра положение непростое. Это единственная Церковь Истинного православия, которой удалось сформировать структуру настоящей поместной Церкви, а не просто церковной организации временного типа, какие обычно возникают во времена гонений и, естественно, возникли у старостильников в Греции, у катакомбников в России, а также в среде русской эмиграции (РПЦЗ). Однако в ИПЦ Кипра Митрополит Епифаний был не просто главой, но и ее единственным епископом. Поэтому, чтобы получить следующего предстоятеля, ИПЦ Кипра должна обратиться к "Матфеевскому" синоду ИПЦ Греции, от которого был рукоположен и митрополит Епифаний. Это имеет свои трудности. Дело в том, что самостоятельность (на церковном языке она называется "самовозглавлением" — автокефалией) ИПЦ Кипра в континентальном "Матфеевском" синоде не признают, считая ИПЦ Кипра лишь частью ИПЦ Греции. Положение ИПЦ Кипра среди Истинно-православных Церквей оказывается поэтому аналогичным положению так называемой OCA (OrthodoxChurchinAmerica) среди Церквей "мирового православия": автокефалию ОСА признают только она сама и промосковские церковные организации, а остальные (ориентированные на Константинополь) церковные организации считают ее частью Константинопольского патриархата, но, несмотря на это разногласие, состоят с ОСА в полном церковном общении.

Итак, выбор нового предстоятеля Кипрской ИПЦ — сложная дипломатическая задача. Однако, есть все основания думать, что она все-таки будет решена. Едва ли в "Матфеевском" синоде не понимают, что единство Кипрской Церкви придает этому синоду гораздо больший авторитет, нежели подчиненность возглавителя этой Церкви синоду в Афинах, достигнутая ценою церковных нестроений или даже расколов. Надо заметить, что в юрисдикции ИПЦ Кипра — и это во многом благодаря миссионерскому таланту митрополита Епифания — находятся также почти все "матфеевские" приходы в Западном мире, включая Австралию, а также в Кении.

Внутри континентального "Матфеевского" синода Истинно-православной Церкви Греции также происходили важные изменения, имеющие некоторое отношение и к российским делам. А именно, наконец-то оформилось фактически продолжающееся уже несколько лет отделение от этого Синода митрополита Месогейского Кирика, возглавляющего также несколько "матфеевских" приходов, существующих в России и на Украине. Митрополит Кирик не только заявил о своем отделении, но даже официально дал понять, что он готов единолично рукоположить второго епископа и таким образом создать новый синод. По мнению ряда наблюдателей, если это намерение митрополита Кирика осуществится, то рукоположенный им епископ будет находиться на Украине, а сам его новый синод будет греко-русским.

Как бы то ни было, в перспективах возможного в будущем синода митрополита Кирика позволительно усомниться. В чем зато можно не сомневаться, так это во влиянии отхода митрополита Кирика на дела в "Матфеевском" синоде. Теперь этот синод стал гораздо более монолитным, лишившись единственной влиятельной "диссидентской" группы, а потому можно прогнозировать движение этого синода в том направлении, на котором в нем и возникли трения с группой митрополита Кирика, а именно, в деле сближения со вторым крупным греческим старостильным синодом, возглавляемым Архиепископом Афинским Хризостомом. Надо сказать, что и сам конфликт вокруг митрополита Кирика внутри "Матфеевского" синода был инспирирован извне, и никто даже не скрывал, что тут действовала критика в адрес близкого к митрополиту Кирику богослова Елевферия Гуцидиса со стороны "хризостомовского" митрополита Ахайского Каллиника.

Богословская сторона этой полемики представляется нам далеко не идеальной. Гуцидису инкриминировались выражения, может быть, и не вполне удачные, но вырванные из контекста и истолкованные совершенно без учета той святоотеческой традиции, в которой они выглядели бы гораздо более основательными. Было заметно, что догматический спор важен не сам по себе, а лишь как способ вытолкнуть из "Матфеевского" синода некий центр торможения процесса сближения с "хризостомовцами". Тем не менее, сближение двух синодов все-таки необходимо. Еще в 1991 году они издали совместную декларацию о том, что не имеют различий в понимании православной догматики. Следовательно, они расходятся лишь в оценке действий некоторых церковных деятелей прошлого, а такие расхождения не должны приводить к церковным разделениям в настоящем.

В трех остальных греческих старостильных синодах, где придерживаются той же самой догматики, в 2005 году особенно ярких событий не происходило. Это упоминавшийся выше "Хризостомовский" синод, так называемый "Каллиникитский", или "Ламийский" синод и HOCNA (HolyOrthodoxChurchinNorthAmerica — Святая Православная Церковь в Северной Америке; так называемый "Бостонский" синод, в юрисдикции которого находятся также ИПЦ Грузии, ИПЦ Франции и несколько приходов в России и в Уганде). "Каллиникитский" синод отделился от "Хризостомовского" в 1995 году, и, несмотря на свой первый 10-летний юбилей, пока что не вызывает большого доверия относительно своей стабильности и жизнеспособности. Несмотря на отсутствие видимых проявлений, там до сих пор продолжаются подспудные "тектонические процессы", исход которых пока что прогнозировать затруднительно. Что касается "Хризостомовского" синода, то и там происходит некоторое внутреннее брожение, связанное с неизбежной перспективой относительно скорого выбора нового первоиерарха.

В Греции имеется также еще один старостильный синод, с которым другие греческие синоды не состоят в общении и даже в диалоге по причине его особой компромиссной догматической позиции, которая его критикам представляется прикровенным экуменизмом. Однако, этот синод — называющий себя "Синодом Противостоящих" и возглавляемый Митрополитом Филийским и Оропосским Киприаном, — достаточно строго стоит на официальной позиции запрета церковного общения с экуменическими юрисдикциями "мирового православия". С этим синодом, несмотря на его микроскопичность внутри Греции, находятся в общении старостильные церковные организации Болгарии и Румынии (фактически, представляющие собой его филиалы), и он известен своей миссионерской деятельностью по всему миру. В 1994 году, в процессе постепенного выхода из семьи Истинно-православных Церквей, общение с этим синодом установила РПЦЗ. Уже тогда аналитикам было очевидно, что для РПЦЗ важен не сам этот синод, а возможность принять какую-то компромиссную догматику, облегчающую дальнейшее движение навстречу РПЦ МП.

"Синод Противостоящих" отметился в 2005 году сразу в двух отношениях.

Во-первых, он официально сообщил РПЦЗ(Л) о разрыве церковного общения с ней по причине ее сближения с РПЦ МП. Это событие интересно не только как убедительное и понятное для многих чад РПЦЗ(Л) обличение ее нынешнего руководства в измене прежнему курсу, но и как практическое толкование "Синодом Противостоящих" своего собственного учения о Церкви: сейчас ясно дано понять, что евхаристическое общение с экуменистами "Синод Противостоящих" считает неприемлемым.

Во-вторых, достигла внушительных успехов продолжающаяся уже многие годы миссия "Синода Противостоящих" в Южной Осетии. В сентябре 2005 года, во время официальных торжеств по случаю 15-летия независимости "непризнанной республики", Южную Осетию посетил епископ Мефонский Амвросий, возглавляющий в "Синоде Противостоящих" все направления его миссионерской деятельности. Епископ Амвросий, а также рукоположенный для Южной Осетии из местных жителей епископ Георгий (в прошлом священник РПЦЗ) стояли во время праздничного парада на трибуне вместе с президентом Э. Кокойты, чем знаменовалось государственное признание того факта, что именно "Синод Противостоящих" дал Южной Осетии единственную существующую в ней сейчас православную церковную организацию. Надо сказать, странно смотрелся на той же трибуне епископ РПЦ МП Феофан (Ашкурков), в епархии которого находится Северная Осетия. Это, пожалуй, единственный случай совместного участия старостильников и представителей Церквей "мирового православия" в каких-либо официальных государственных торжествах.

В отличие от Абхазии, Южная Осетия после ухода из нее грузинского духовенства практически лишилась своего клира. В Абхазии этого не произошло, так как там возникло самостоятельное движение местного духовенства, которое затем было неофициально поддержано со стороны РПЦ МП. Официально РПЦ МП не может вмешиваться в церковные дела ни в Абхазии, ни в Южной Осетии, так как она вынуждена признавать там юрисдикцию Грузинской патриархии. Но в Южной Осетии РПЦ МП не смогла получить никакого влияния даже и неофициально. Старостильный "Синод Противостоящих", не связанный никакими обязательствами с Грузинской патриархией (и даже находящийся с ней в конфликте из-за своей небольшой, но очень скандальной миссии на территории Грузии), и, в то же время, не пытающийся тиранически подчинять зависимые от него церковные структуры, оказался для "непризнанной республики" как нельзя более удобным.

Яркими событиями была богата в 2005 году также и жизнь ИПЦ российской традиции.

Российская Православная Автономная Церковь (РПАЦ) закончила первое десятилетие своего самостоятельного существования (после административного отделения от РПЦЗ в 1995 году), войдя в довольно затяжной период постепенной смены своего руководства. Ее бессменный предстоятель Митрополит Суздальский и Владимирский Валентин в сентябре 2005 года фактически отошел от дел церковного управления, и, судя по динамике изменения его здоровья за последние четыре месяца, едва ли вернется к ним в полном объеме. Благодаря имеющимся в приходах РПАЦ навыкам самоорганизации, она может позволить себе не торопить события и подойти к формированию своего будущего церковного управления "с чувством, с толком" и, особенно, "с расстановкой".

Одновременно в жизни РПАЦ произошли и значимые символические события. Умерли две ключевые фигуры из остававшихся в живых представителей семьи Граббе (потомков епископа Григория (Граббе, † 1995), бессменного секретаря Архиерейского Синода РПЦЗ в течение многих десятков лет, ближайшего сотрудника св. митрополита Филарета). Это пребывавший в РПАЦ на покое епископ Антоний (Граббе), сын епископа Григория, и Анастасия Георгиевна Шатилова, дочь епископа Григория и его помощница. Если епископ Антоний, тяжело болевший в течение всех последних лет, не мог принимать в церковной жизни сколько-нибудь активного участия, то Анастасия Георгиевна, напротив, принимала такое участие до самых последних дней, оказывая большое влияние на Митрополита Валентина и занимаясь изданием своего выходившего на русском и на английском бюллетеня "Церковные новости". Кончина обоих — это и еще одна перевернутая страница в истории РПЦЗ, и, в случае Анастасии Георгиевны, также и некоторое изменение "идеологического климата" внутри РПАЦ, где она насаждала идеологию Зарубежной Церкви и культ основателя РПЦЗ Митрополита Антония (Храповицкого).

Надо сказать, что события в РПАЦ, предшествовавшие кончине А.Г. Шатиловой и фактическому отходу от дел Митрополита Валентина, сами имели довольно неожиданный для Церкви русской традиции идеологический характер. РПАЦ удалось разбить шаблон восприятия Церквей русской традиции как церквей адогматичных, то есть таких, где способны переругаться из-за политики и из-за голого стремления к власти, но легко готовы идти на компромиссы в области вероучения, о котором все равно ни у кого не было ясного представления. Именно в РПАЦ возродившиеся в последние годы в России дискуссии 1910-х—1920-х годов о почитании Имени Божия и об исихазме превратились в церковно-догматические споры в настоящем смысле этого слова, то есть в такие споры, где стороны не только спорят, но и настаивают на церковных "оргвыводах".

Конечно, даже с формальной точки зрения ход этих споров в РПАЦ далек от идеального. Ведь независимо от того, на чьей стороне тут правда по существу, Синод РПАЦ и особенно ее Первоиерарх не должны были нарушать собственные постановления от 2001 года, запрещавшие внутри РПАЦ возобновлять эту дискуссию, разрешение которой еще в 1917 году было отнесено к исключительной компетенции Всероссийского Поместного Собора. Следствием нарушения этих важных дисциплинарных положений как раз и стал наступивший в РПАЦ вакуум церковной власти. Но нет худа без добра. Во-первых, важен и отраден уже сам факт неравнодушного отношения верующих и церковной власти к вопросам догматики, которые, вообще говоря, и всегда должны быть на первом месте по отношению к вопросам церковной политики. Во-вторых, кризис церковной власти в РПАЦ назревал и без этого спора, так что ускорение процессов ее обновления, по всей видимости, нужно приветствовать.

Положение в РПЦЗ(В) (в основной ее "ветви", возглавляемой непосредственно 95-летним Митрополитом Виталием, окружающим его "Канадским" синодом, в котором наиболее активную роль играет парижский протоиерей Вениамин Жуков, секретарь синода) вполне стабилизировалось после официального вывода из ее состава архиепископа Каннского Варнавы (Прокофьева), основного оппонента о. Вениамина Жукова. Еще в конце 2004 года архиепископ Варнава был лишен сана (ранее такое же прещение на него наложили в РПЦЗ(Л)), однако он продолжает считать себя главой Западно-Европейской епархии РПЦЗ(В). Идеологию "варнавитской" ветви РПЦЗ(В), формирование которой еще не завершилось, наиболее полно выражает лионский протодиакон Герман Иванов-Тринадцатый. Особенности этой идеологии, отличающие ее от "канадской" ветви РПЦЗ(В), сводятся к достаточно умеренному отношению к "киприанизму" (криптоэкуменической идеологии греческого "Синода противостоящих", с которым РПЦЗ вступила в общение в 1994 году) и стремлению "восстановить общение" с российскими архиереями, представленными РИПЦ ("лазаревская" ветвь РПЦЗ(В)). О. Герман Иванов-Тринадцатый сделал осенью уходящего года важный шаг на пути к установлению такого общения - принял участие в служении Божественной литургии в одесском кафедральном соборе РИПЦ, где располагалась кафедра ее первого предстоятеля архиепископа Лазаря (Журбенко).

Собственно, кончина архиепископа Лазаря летом 2005 года стала важнейшим событием года в жизни РИПЦ. Положение этого иерарха, тайно рукоположенного в Москве по решению синода РПЦЗ в 1982 году, всегда было несколько двусмысленным: он олицетворял собою значительную часть российских катакомб и, вместе с тем, входил в состав епископата РПЦЗ. Тенденция к самостоятельности, связанная с первым статусом архиепископа Лазаря, постоянно перевешивала и привела, в конце концов, к созданию самостоятельного Архиерейского синода РИПЦ на основании единоличного благословения Митрополита Виталия. Кончина архиепископа Лазаря, с одной стороны, активизировала внешнюю активность РИПЦ - ее новый предстоятель архиепископ Тихон охотно раздает интервью и встречается с общественными деятелями (он даже принимал в Омске лидера французских националистов Ле Пена), а с другой ослабило влияние братьев Алферовых - епископа Дионисия и священника Тимофея, - почти монопольно формировавших идеологию РИПЦ при архиепископе Лазаре. Вероятно, теперь следует ожидать появления у этой Церкви более четкой, прямолинейной и правой идеологии, основанной на монархизме и полном неприятии "мирового православия".

Общей тенденцией почти для всех Истинно-православных Церквей в минувшем году стала "смена эпох", как правило, связанная с уходом их предстоятелей или предположениями о том, что он может произойти. В отличие от традиционной "смены поколений", которая ведет к модернизации и реформам, в истинно-православном мире, похоже, это ведет к более четкой кристаллизации консервативных взглядов, идей и убеждений, которые и заставили эти Церкви покинуть респектабельное лоно "мирового православия".

Игумен Григорий, Александр Солдатов,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования