Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

"И первый ангел вострубил". Не спешите смеяться над пензенскими сидельцами – вы сами еще боитесь коллайдера


Когда так называемые "пензенские сектанты" зарылись в землю и стали ждать конца света, намеченного на май 2008 года, – вся "цивилизованная общественность" над ними потешалась и, в лучшем случае, жалела их, убогих. Вот же, оказывается, какие бывают дремучие чудаки: пока весь мир обсуждает войну в Ираке и борется с глобальным потеплением, эти "самопровозглашенные православные" вдруг, ни с того ни с сего, в эпоху духовного возрождения и блестящей миссионерской деятельности митрополита Кирилла (Гундяева), забились в пещеру, ожидая конца всего мира.

Теперь же, не прошло и полугода, вся "цивилизованная общественность" на полном серьезе обсуждает – может ли наступить конец света 21 октября, когда в горах Швейцарии проведут первый эксперимент на новопостроенном Большом адронном коллайдере, каких еще не было в истории. Предполагается осуществить столкновение встречных пучков протонов, разогнанных в 27-километровой камере коллайдера до субсветовых скоростей. Эта тема модна, современна и прогрессивна – это вам не угрюмые бородачи-"сектанты" и примкнувшие к ним "кликуши". Правда, "сектанты" приводили доказательства от Священного Писания – и это Писание как-никак прочитали, и не раз. А вот те, кто рассуждает об опасности нового эксперимента, в большинстве своем протона от электрона отличить не могут. И кто тут более невежественен?..

Мне кажется, во всей этой истории интересен не столько адронный коллайдер, сколько само сознание современного человека, в которое глубоко, очень глубоко вошла мысль о том, что наш мир может внезапно схлопнуться и разрушиться. Газетная утка о зловредной установке ученых – всего лишь частный случай, в котором просвечивает парадигма нашего сознания. О конце мира говорили в 2000 году, его ждали в мае и ждут в сентябре 2008 года, его ждут в 2012-м… Современный человек живет в универсуме, в самой структуре которого заложена мысль о его возможном (и, если подумать, неизбежном) конце во времени. Предлог для ожидания конца мира может быть любым: комета, ядерная война, коллайдер…

Пензенская пещера и адронный коллайдер – всего лишь две ипостаси одной и той же установки сознания, настроенного на конечность мира. Просто сейчас модна не пещера, модно красивое и непонятное слово из научного жаргона: но суть-то одна.

Мир, который имеет конец – это продукт христианства. В сочинении любого отца Церкви после слов о том, что мир сотворен, идут слова о том, что мир когда-то должен будет прекратить свое существование. Эта мысль о том, что наш мир не вечен – крамольна для дохристианского сознания. Для любого древнего грека она абсурдна. "Бытие недвижно и бездрожно", - по словам Парменида. Мир, в котором мы живем, никогда не начался и не кончится. Невозможно представить себе какого-нибудь австралийского аборигена, или египтянина, или грека, который бы замер в ожидании конца мира перед очередной круглой датой. Ни комета, ни зловредный коллайдер не способны натолкнуть их на саму мысль о том, что "завтра" может и не наступить.

Конечно, дохристианскому сознанию ведомы чередования хаоса и космоса, когда огонь разгорается и поглощает космос, обращая всё в неструктурированную массу, и когда из этой массы снова рождается прекрасное мировое целое. Но речь идет о вечном возвращении, а не об унылом и страшном конце. Хаос тоже празднуется в рамках годового цикла – об этом подробно писал Элиаде: но наступление хаоса – не день уныния, рытья пещер, гробов и бомбоубежищ, это веселый праздник. Хаос встречают весело: как в Риме, когда рабы становились на один день господами, а господа – рабами, тем самым олицетворяя развоплощение стройного, иерархичного мирового целого в докосмический прамир, который еще не знает иерархий и градаций. Люди хлещут друг друга кожаными ремнями, всеобщая пьянка и радость. Потому что известно: сущее вечно, мир построен на вечном возвращении, а хаос - это залог того, чтобы может существовать и космос.

Но коллайдер – только повод для уныния. Никто не выйдет радостно на улицы праздновать запуск коллайдера как веселый праздник разрушения, с которого вечное бытие опять начнет свой цикл. Нет, все только и думают о том, как холодная и черная дыра, возникнув в коллайдере, засосет сначала Европу, а потом и всю Солнечную систему. И ничего уже не будет, будет только холодная и скучная пустота. Нечему тут радоваться.

Мир не вечен, этот мир кончится и больше не вернется – вот какую мысль принесло христианство. Старое никогда не вернется: время линейно, и в одно из мгновений этого времени наступит конец мира, точка невозврата. Ни старого, ни нового не будет уже – будет только вечное. Ожидание конца мира – непременный атрибут христианской цивилизации, более того – ее энергетический импульс. Конец мира просвечивает чуть ли не через каждое мгновение истории, подмигивает нам из-за каждой круглой (и не круглой) даты. Со времен первых христиан и поныне люди ждут конца и просто каждый год (после очередной несостоявшейся гибели мира) немного отодвигают его в будущее: христианская цивилизация – это цивилизация отсроченного конца. Первые века нашей эры, средневековье, Новое время – это движение от одного несостоявшегося конца мира к другому: всего их были сотни – и в XXI веке, как видим, подобное движение продолжается.

Еще одна примечательная деталь мифа о коллайдере – это то, что человек, оказывается, способен обрушить весь мир. Миф о коллайдере невозможен в неантропоцентричном мире. Когда человек воспринимается как насекомое, ползающее по ногтю мира, как писал Лев Толстой в "Воскресении", просто нельзя допустить, что он может спровоцировать конец света. Это же смешно! Человек – подчиненная часть мироздания – не сможет хоть сколько-нибудь расшатать целое. Разговоры о человеке, расшатывающем мир (парниковыми газами, ядерными бомбами, коллайдерами), возможны только в контексте радикального антропоцентризма. Собственно, если библейский рассказ о грехопадении (как он понимается в святоотеческом предании) переложить на современный язык – то получится рассказ об адронном коллайдере. Человек сорвал запретный плод, совершил, казалось бы, мизерное по масштабам мира действие – но в итоге обрушил всё бытие. "Небо устремилось было пасть на него, и земля не хотела носить его", - пишет преподобный Симеон Новый Богослов о согрешившем Адаме. Сорван всего лишь один плод – а падает небо и уходит из-под ног земля, мир испытывает катастрофу. Тоннель в горах – и вот уже Европа засасывается в черную дыру. Человек стоит в центре мира – и потому его действия могут обрушить мир.

Всё это сказано вот к чему: современный мир, несмотря на Просвещение, затем на торжество постмодерна, всё равно продолжает жить в христианских категориях, например, в категориях антропоцентризма и конца света. Когда говорят – мир может закончиться завтра – надо понимать, что мы всё еще живем в христианскую эпоху. Лишь когда скажут: "Бытие недвижно и бездрожно", и махнут рукой на газетные сенсации о коллайдерах и круглых датах, тогда можно будет констатировать, что христианство больше не влияет на универсум, в котором мы живем. Так что пока не спешите смеяться над пензенскими сидельцами и сочувственно махать на них рукой: вы сами боитесь коллайдера.

"И первый Ангел вострубил…".

Александр Храмов,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования